Время велосипедистов
Дмитрий Соколов-Митрич
«Есть только одна достойная альтернатива алкоголизму — это интернет-зависимость», — сказал мне пять лет назад один очень хороший человек. «Есть только одна достойная альтернатива интернет-зависимости — это велосипед», — сказал он же на моем дне рождения 2 мая сего года.
Если вы до сих пор не заметили, что в стране велобум, — значит, вы очень задумчивый человек и не любите смотреть вокруг. Велолюбителей становится больше с каждой весной, и они все настойчивей предъявляют права на городское пространство.
Сначала странные двухколесные люди скромно партизанили в лесопарках, потом вылезли на уличные тротуары, затем поняли, что на велосипеде можно не только кататься для удовольствия, но и реально перемещаться по дорогам наравне с другими участниками движения. Наконец велосипедисты стали оформляться в массовое гражданское сообщество, и нынешней весной это стало очевидно даже велоскептикам.
Вот анонсы только самых крупных веломероприятий, и только на ближайшие две недели.
20 мая — грандиозный велопарад Let’s bike it. Согласно заявке, не более (а скорее всего не менее) 5000 велолюбителей на самых разных велоаппаратах проедут от Лужников до Васильевского спуска и обратно по любезно перекрытым ради этого набережным. Аналогичные мероприятия пройдут в этот день в 30 регионах России. Цель — не просто весело провести время, но сделать официальное заявление: мы — есть.
2–3 июня — 6-я московская велоночь, которую ежегодно проводит доцент кафедры истории и культуры РУДН Сергей Никитин. На этот раз она будет посвящена 1812 году и пройдет по маршруту Козловский лес — «Мосфильм» — Кутузовский проспект — Рублевка. Более 10 тысяч человек будут крутить педали, на остановках слушать речи историков, а потом встретят рассвет на берегу Москвы-реки.
22 мая лидеры велодвижений Москвы и регионов, а также сочувствующие им чиновники и предприниматели соберутся в Общественной палате на публичные слушания «Развитие велоинфраструктуры в России: гражданское общество и государственная политика». Будучи одним из организаторов этого мероприятия, могу засвидетельствовать: в кои-то веки общественники и государственники настроены не ругаться друг с другом, а взаимно осознать очевидный факт: велосипед — спасение крупнейших городов страны, и выстроить под него грамотную инфраструктуру можно лишь совместными усилиями.
Меня, как и любого нормального русского человека, всегда очень беспокоит, когда все хорошо. Мне это состояние кажется подозрительным и даже опасным. Я привык с кем-то или чем-то бороться, кого-то или что-то спасать, в крайнем случае кому-то что-то доказывать. «Позитивное мышление» — это словосочетание для меня всегда было пустым звуком.
Но в последнее время я с ужасом ощущаю, что с каждой сотней километров на велоспидометре эта пустота наполняется реальным содержанием. И я подозреваю, что это не мои субъективные ощущения, а объективное свойство велосипеда. Я уже почти уверен, что именно эта двухколесная букашка способна перекроить депрессивный национальный менталитет.
Так что если вы видите, как по краешку крайней правой полосы шпарит педальный человечек, возрадуйтесь и возвеселитесь. Потому что, по данным социологов, среднестатистический велосипедист у нас богаче среднестатистического автомобилиста в два раза. И если люди с такими доходами забивают на понтометания и пересаживаются на велики — значит, страна меняется реально.


24 марта


Конец ноября я провел в Париже. Из двух недель своего визита десять дней я активно перемещался по городу на велосипеде: чтобы исследовать город, чтобы добраться до нужного места, утром, днем, вечером, в сухую погоду и под моросящим дождем. В общем, получил солидный объем впечатлений, которыми и хочу с вами поделиться. Итак, приступим!
В восьмидесятые годы 20 века Джеймс Ховард Кунстлер выдвинул интересную экологическую теорию. Главное, о чем говорил Кунстлер, это о динамике негативных изменений в США. Символ комфорта - американский пригород, меняется с каждым десятилетием к худшему, сама структура жизни горожанина претерпевает изменения, двигаясь в сторону выхолащивания и стандартизации. Джеймс Ховард Кунстлер и его единомышленник Джонн Робб пришли к выводу о том, что современная культура супермаркетов, спальных районов и мегаполисов разрушают общество, делают человека несчастным, запускают деструктивные экологические процессы. Авторы этой теории предлагают, основываясь на опыте каждого отдельного американского штата, воссоздать традиционные принципы организации городской среды. В своей книге «World Made by Hand», Джеймс Ховард Кунстлер предсказывает возвращение феодальной модели общественного устройства и развитие ремесленных производств. Кунтслер создал одну из самых ярких и замечательных картин городского планирования. Его идеальный город тонет в тени деревьев, возвышается белоснежными колоннадами особняков, гремит колесами повозок.
Речь пойдет о мусоре. Мусор – это плохо… это хлам, сор, грязь; это то, чего не должно быть! Мусор – это проблема, нет мусора – нет проблемы! Но, что в нашем понимание значит отсутствие мусора? Это означает, что он должен быть аккуратно помещен в мусорное ведро, и как можно более незаметно от нас (фу-фу) отправлен на свалку. То есть, по сути, он должен просто исчезнуть из поля нашего зрения. Есть мусор – грязно, нет его – чисто, и все вокруг улыбаются. Увы, рассуждая, и, главное, - действуя таким образом, мы поступаем примерно как ребенок, который закрыв глаза искренне верит, что он стал невидимым. Выкидывая мусор на свалку, мы лишь отодвигаем эту проблему подальше от себя, и при этом усугубляем. Почему? Потому что все тайное становится явным, и процесс «проявления» всегда сопряжен с разными неприятными неожиданностями… Когда, например, жители города получают непригодную для питья воду, отравленную стоками от свалки. Или когда в результате самовозгорания на городской свалке в сочетании с удачным ветром все продукты горения оказываются в наших квартирах.